Эксклюзив
19 ноября 2012
15225

Сергей Комков: Министерство без образования

В так называемый "пореформенный период" в России сложилась уникальная практика, при которой каждый следующий министр образования, назначаемый властью, оказывается по своим профессиональным качествам на ступень ниже предыдущего.

Тем самым власть как бы говорит: лучше не протестуйте и не требуйте смены первого лица данного министерства. Потому что следующий будет намного хуже, чем предыдущий.

Не углубляясь далеко назад в историю, рассмотрим хотя бы трех последних владельцев портфеля министра образования.

В 1998-м году министерство образования возглавил Владимир Филиппов. Будучи довольно успешным ректором одного из ведущих российских вузов - Российского университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы, став первым лицом в образовательном ведомстве, он сразу же активно включился в реформирование всей системы образования. Делал он это с такой рьяной активностью, что даже не успел заметить, что главными организаторами и вдохновителями всех его "реформ" были американские советники, пригревшиеся под крылышком созданной в 1992-м году на деньги Всемирного Банка (то есть на американские деньги) Высшей Школы Экономики. Когда ему все популярно объяснили, господин Филиппов очень быстро смирился со своей второстепенной ролью в данном процессе и, понимая, что от этого зависит его личное благополучие, предпочел работать на высоком посту министра по принципу "Чего угодно-с?".

Уже в 1999-м году американскими советниками была разработана "Федеральная программа развития российского образования на 2001 - 2004 годы". В данную "программу" были заложены многие беды сегодняшней системы образования в России. Начался целый ряд "экспериментов", целью которых стало фактическое уничтожение всех лучших традиций российского образования.

В рамках "программы" началось активное внедрение в нашей стране единого государственного экзамена - ЕГЭ. Причем американские советники, под руководством которых внедрялась эта "новация", забыли сказать министру о том, что данный "эксперимент" уже полностью провалился и в Европе, и в Америке. А самому Филиппову, который до сих пор считает себя доктором физико-математических наук, даже невдомек было поинтересоваться этим у более знающих коллег.

"Эксперимент" по внедрению в России ЕГЭ изначально проводился преступным путем. Потому что делалось это с грубейшим нарушением Основного Закона страны - Конституции. Ибо, статья 21 четко гласит: "Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам". Но у миллионов российских школьников и их родителей забыли спросить согласие на проведение данного широкомасштабного эксперимента, который фактически перевернул всю их жизнь.

Видимо, господину Филиппову было дороже не соблюдение главного российского закона, а благосклонное отношение к нему вышестоящего начальства и "представителей вашингтонской общественности".

Еще более страшный эффект получился от внедрения (в рамках все той же "программы") проекта "реструктуризации сельской школы". Эта затея кончилась началом процесса массового закрытия малокомплектных сельских школ. За период филипповского руководства министерством было уничтожено более 10 тысяч школ. И именно это во многом стало причиной массовой детской беспризорности начала 2000-х годов. Которую уже тогда специалисты оценили в 1,5 - 2 миллиона человек.

Однако господина Филиппова это абсолютно не волновало. Он красовался на совещаниях, рассказывал о "достижениях" в "модернизации" системы образования и продолжал раскручивать маховик совершенно безумных "экспериментов", продолжая исполнять любую глупую затею вышестоящих начальников. За что не случайно заслужил среди специалистов кличку "паркетный шаркун".

Замена господина Филиппова в 2004-м году на новую фигуру - Андрея Фурсенко - отнюдь не была следствием недовольства его деятельностью со стороны администрации Владимира Путина. Просто, став президентом страны во второй раз, Путин решил частично сменить команду. Выполнив, кстати, в какой-то мере требования общественности о замене наиболее одиозных личностей. Конечно же, Владимир Филиппов не мог затмить собой такую личность, как Зурабов, но недовольство им высказывалось все чаще и чаще. Поэтому Филиппов вернулся в свой родной РУДН. А продолжателем его дела стал верный друг и соратник Путина (и член кооператива "Озеро", что, как потом выяснилось, сыграло главную и решающую роль) Андрей Фурсенко.

То, что Андрей Фурсенко будет на порядок ниже по своим профессиональным качествам по сравнению с предшественником, было очевидно изначально. Так как он вообще никогда не работал в системе образования. Но, таков уж принцип подбора руководящих кадров в нашей стране. Во главу угла ставятся не профессиональные качества претендента, а его личная дружба с руководством страны и личная преданность.

В этом ключе фигура господина Фурсенко была подобрана безукоризненно. В расчет не взяли лишь одного: он вообще ничего не понимал в системе, руководить которой его поставили. Поэтому, рванув с места в карьер, он сразу же наделал массу непоправимых ошибок, которые со временем переросли в масштаб национальной катастрофы.

Он принялся активно переводить ЕГЭ из разряда эксперимента в разряд штатного итогового школьного экзамена. А затем, на основе все того же ЕГЭ, решил поменять всю систему отбора абитуриентов в вузы. При этом господин Фурсенко, опять-таки под влиянием все тех же американских советников, решил поменять всю доктрину развития образования в России. Он вдруг неожиданно для всех, выступая на, так называемом, "форуме" на озере Селигер перед "нашистами", провозгласил, что главной целью образования является не создание интеллекта и не воспитание социально активной личности, а всего лишь "подготовка квалифицированного потребителя".

Эта доктрина полностью соответствует основным параметрам существовавшей в США в 90-е годы модели. Но господину Фурсенко забыли сказать его американские "коллеги" о том, что именно эта модель привела американскую школу к полному краху. И в начале 2000-х они начали её экстренно перестраивать.

Однако внедрения ЕГЭ новоявленному министру показалось мало. И он решил перестроить всю систему образования России, переведя её в разряд платных услуг. Началась активная разработка принципа "нормативно-подушевого финансирования" всех уровней образования. То есть, фактически начался перевод на новую модель финансирования сферы образования. И это привело к окончательному краху всей системы образования в малых городах России и на селе. С 2004 по 2012 годы в стране было уничтожено еще более 10 тысяч школ.

В отличие от своего предшественника, который к реформированию высшей профессиональной школы относился с некоторой осторожностью (так как сам в какой-то мере был выходцем из этой школы), господин Фурсенко, не обремененный никакими знаниями в этой сфере (а также, как показало время, - и никакими угрызениями совести), начал активную "перестройку" системы высшего профессионального образования. Едва вступив в должность, он начал активное внедрение в жизнь подписанного его предшественником в 2003-м году Болонского Соглашения. Но, как показало время, так и не понял его главной сути. Вместо того, чтобы начать процесс согласования с Европой стандартов высшего профессионального образования, он начал структурную перестройку. Решил перевести хорошо отлаженную в российских вузах систему подготовки специалистов на двухуровневую модель "бакалавр-магистр". И это при том, что рамки Болонского Соглашения нас к подобному шагу даже не принуждали. Ибо, в самом Соглашении было записано, что каждая страна вправе сохранить у себя исторически сложившуюся модель высшего профессионального образования.

Но господину Фурсенко было на это глубоко наплевать. Потому что была поставлена задача всеми возможными средствами снизить уровень высшего профессионального образования в Российской Федерации. И он эту задачу активно выполнял. Осознанно и целенаправленно. Поэтому по сравнению с Владимиром Филипповым, который во главу угла ставил преимущественно свои собственные интересы и необходимость угодить начальству, господин Фурсенко в развитии российской системы образования сыграл роль вредителя.

И это, конечно же, не прошло незамеченным. В весьма короткий промежуток времени министр образования и науки Андрей Фурсенко стал в России не просто не популярной фигурой. Он стал мишенью критики со стороны педагогической и демократической общественности номер один. Но, самое главное - он фактически стал врагом высшей профессиональной школы.

Все ожидали, что при смене президента в 2008-м году фигура Фурсенко исчезнет с образовательного небосклона и вновь избранный президент Дмитрий Медведев найдет на должность министра образования и науки более профессионально пригодного руководителя. Но этого не случилось, что еще раз доказывает тезис о полной несамостоятельности самого господина Медведева. Члены кооператива "Озеро" остались при нем в роли "смотрящих".

Более того, именно в период президентства Дмитрия Медведева при непосредственном участии господина Фурсенко были приняты самые непопулярные решения, сыгравшие роковую роль в развитии российской системы образования: окончательное утверждение ЕГЭ в качестве главной и единственной формы итоговой аттестации выпускников за курс средней школы, перевод школы на коммерческую основу (пресловутый Федеральный Закон N 83-ФЗ), перевод вузов на Болонскую систему, внедрение нормативно-подушевого принципа финансирования.

Все эти "новации" привели к массовому возмущению образовательной политикой Андрея Фурсенко. На улицы городов и поселков вышли демонстранты с лозунгами "Долой Фурсенко!". И это в какой-то мере стало причиной замены Андрея Фурсенко на посту министра сразу после очередных президентских выборов в 2012-м году другой фигурой. Правда, Фурсенко так и не удалился со сцены, заняв пост советника президента страны по вопросам образования и науки. Что еще раз подтверждает мысль о том, что процесс формирования властных структур в России носит совершенно извращенный принцип.

Тем не менее, доверчивые российские граждане ожидали, что в механизме управления системой образования страны все-таки проявятся положительные тенденции и, наконец-то, у руля столь значимого министерства окажется действительно профессиональный руководитель.

Но руководство страны осталось верно своему принципу. Процедура выбора будущего руководителя министерства образования и науки проходила сугубо в кулуарном режиме. Все было окутано тайной. Ходили разнообразные слухи. Кто-то пророчил столь ответственный пост бывшему советнику президента Медведева - Аркадию Дворковичу. А кто-то даже сделал совершенно неожиданные предположения о том, что во главе данного ведомства может встать скандально известная теледива Тина Канделаки. Во время одной из встреч с активом "Единой России" Дмитрий Медведев, отвечая на вопросы жеманной Тиночки, двусмысленно намекнул: вот такого бы нам надо министра образования! И то, и другое предположение выглядело чуть ли не анекдотично. Все это делалось, по всей вероятности, специально. Для того, чтобы под этим прикрытием принять решение не популярное, но не столь вызывающе анекдотичное. И чтобы народ с облегчением вздохнул: "Ну, слава Богу! Это не Канделаки!"

Операция прикрытия прошла успешно. Никто даже предположить не мог, что новым министром образования и науки станет никому не известный молодой ректор МИСиСа Дмитрий Ливанов.

Чем отличился на ниве образования данный господин, до сих пор не может догадаться никто. А отличился он всего лишь тем, что в свое время весьма удачно женился на дочери своего научного руководителя - ректора все того же МИСиСа Юрия Карабасова.

Юрий Сергеевич Карабасов - личностью достаточно известная в вузовских и политических кругах. Он был одним из руководителей "Единой России" в Москве. Человек достаточно влиятельный и по жизни весьма пробивной. Именно он и стал главной движущей силой для своего зятя - Дмитрия Ливанова.

Видимо, не без помощи тестя, в 2004-м году господин Ливанов занял место директора Департамента государственной научно-технической и инновационной политики Минобрнауки, а в 2007-м переместился на пост заместителя министра.

Так уж сложилась вся система власти в России, что главным принципом подбора руководящих кадров главным образом являются дружеские или родственные связи. Система, прямо скажем, порочная. Присущая в основном восточным тираниям. Но, тем не менее, безотказно работающая в современной России. Зять господина Зубкова - Анатолий Сердюков до недавнего времени занимал пост главы Минобороны. Муж и жена Христенко и Голикова возглавляют сразу два федеральных ведомства. Не говоря уже о детях федеральных руководителей, которые занимают самые высокие должности в банковских и крупнейших коммерческих структурах.

Сейчас у многих возникает вполне закономерный вопрос: чем же так прославился этот 45-летний "ученый", ставший даже в 2011-м году лауреатом Государственной премии в области образования?

А "прославился" он тем, что еще в 2007-м предложил резко сократить финансирование Российской Академии наук, чем вызвал резкое негодование всех российских ученых. Видимо, эта самая страсть к сокращению всего и вся и стала определяющей при решении вопроса о его назначении. Кроме того, будучи человеком, напрямую связанным с бывшим министром Фурсенко, он оказался весьма удобной фигурой для того, чтобы ни одна тайна полишинеля данного ведомства и лично господина Фурсенко не вылезла наружу. То есть, бывший министр, перебравшись в кремлевский кабинет, должен был иметь гарантии того, чтобы его приемник был послушным паинькой и строго выполнял все его предписания.

И господин Ливанов полностью оправдал высокое доверие. Первое, с чего он начал свою трудовую деятельность в качестве министра, стало его заявление о необходимости сокращения вполовину бюджетных мест в вузах и сокращении на 20% самих государственных вузов.

Так сказать, был вброшен пробный камень. Если бы это сделал в свою бытность Андрей Фурсенко, его бы затоптали ногами. Уж слишком велика была к нему ненависть всей страны, накопленная за годы его нахождения в министерском кресле. А вот новоявленному приемнику это сошло с рук. Более того. Целая бригада из представителей "партии власти" во главе с "думским мальчиком", претендовавшим на роль председателя думского комитета по образованию, - Владимиром Бурматовым - бросилась на защиту "идей" нового министра.

И это воодушевило господина Ливанова чрезвычайно. Это означало, что думское большинство готово поддержать столь непопулярную меру, приняв на себя львиную долю критики за ее применение. И начал действовать.

Моментально было принято решение о проведении внепланового "мониторинга" деятельности всех государственных и негосударственных российских вузов. Да, вот беда. Как это всегда бывает с самонадеянными, но не слишком грамотными, людьми, новоиспеченный министр и его окружение не удосужились проработать данный вопрос профессионально. И это стало причиной всероссийского скандала.

Во-первых, отвечать на вопросы и заполнять бланки, подготовленные для этого "мониторинга", поручили самим вузам. При это даже не объяснив цель данной работы.

А, во-вторых, критерии оценки деятельности вузов были выбраны по принципу того, что можно посчитать на калькуляторе. То есть подход был осуществлен не научный, а чисто бухгалтерский.

Общее количество критериев составило более 40. Но они были разделены на 5 групп. В каждой группе выделили один главный критерий. Таким образом, главных критериев оказалось 5.

Когда ведущие эксперты в сфере образования ознакомились с данным подбором критериев, это их весьма озадачило. И первый вопрос, который сам собой возник при попытке осознать эту "новацию" молодого министра: а все ли у него в порядке с головой? Потому что брать за критерии эффективности работы вуза баллы по ЕГЭ, полученные будущими студентами на выходе из школы, количество квадратных метров, количество докторов и кандидатов наук, количество иностранных студентов и объем заработанных вузом средств - это не просто глупость. Это - провокация против всей системы высшего профессионального образования в России. Тем более, что на основе подобного "мониторинга" министерство собралось принимать решение о дальнейшей судьбе того или иного вуза.

Причем решений может быть несколько. Первое - ликвидация. Второе - слияние с более "эффективным". Третье - реорганизация из вуза в ПТУ. И четвертое - прибавка некоторой суммы бюджетных средств.

Про четвертый вариант, скорее всего, очень быстро забудут, так как в бюджете на 2013-2015 годы предусматривается сокращение расходов на образование на 36%. А это значит, что никто и никаких денег никогда не получит. Остается только ликвидация. Потому что любое слияние или реорганизация равнозначны все той же ликвидации.

Таким образом, господин Ливанов четко взял курс на полную и окончательную ликвидацию системы высшего профессионального образования в стране. И уже лет через пять мы придём к уникальному феномену: министерство образования в России сохранится, а само образование - нет.

Видимо, к этому и ведет нас всех новый "министр". Тогда вообще прекратятся какие-либо споры о дальнейшем развитии образования в нашем многострадальном государстве. Потому что не будет объекта спора.

А господин Ливанов будет управлять лишь призраком. И еще своей дорогой иномаркой, на которой он будет ездить не в министерство, а в гости к тестю или к своим американским советникам в Высшую Школу Экономики.

Но и это продлится не долго. Потому что никому не нужен будет министр при полном отсутствии отрасли, которой он формально должен руководить.

Сергей Комков - доктор пед. наук, профессор, писатель
viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован