Эксклюзив
06 июня 2012
11516

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Идеологический прогноз, как я попытаюсь доказать, является основным условием эффективной государственной стратегии, а ее сущностью - стратегическое планирование...

Идеологический прогноз[1] как определяющий элемент алгоритма стратегии развития нации

Перед Россией в несколько новом свете стоит задача всесторонней
модернизации, от исхода которой во многом может зависеть ее место
в послекризисном мире[2]

А. Торкунов, ректор МГИМО(У)

Россию охватила новая страсть - долгосрочное
стратегическое планирование и прогнозирование[3]

Е. Соболева


Идеологический прогноз, как я попытаюсь доказать, является основным условием эффективной государственной стратегии, а ее сущностью - стратегическое планирование. Какой бы области государственной деятельности это не касалось. Идеология, как система взглядов, - становится основой для долгосрочной государственной и национальной стратегии. В частности, комментируя отставку заместителя секретаря Совбеза Ю. Балуевского, ему ставилось в вину, что в разработанной им военной доктрине России не были даны ответы на три главных политико-идеологических вопроса: в какой тип военного конфликта может быть вовлечена Россия? Откуда может исходить угроза? И в каких, и скольких конфликтах страна может участвовать[4]. Вот почему принципиально важно не ошибиться в стратегическом, долгосрочном прогнозе, на котором основывается политическая стратегия государства. Именно политическая, а не только социально-экономическая, как сегодня в России. Политическая в данном контексте означает идеологическая.

Стратегический прогноз развития государства и общества, как система аргументированных, обоснованных представлений правящей элиты страны об основных направлениях развития государства, общества и экономики, о будущем государства и общества, а также состоянии мирового окружения, является первым и самым фундаментальным шагом в разработке государственной стратегии.

При этом следует оговориться:

- стратегический прогноз государства, а, тем более, - национальный прогноз, не может и не должен быть экстраполяции финансовых и экономических тенденций, которые могут являться лишь его частью. Прогноз - во многом желаемое состояние будущего объекта, т.е. совокупность целей, имеющих стратегический характер. В отличие, например, от отраслевых прогнозов, он зависит от множества субъективных, прежде всего, политико-идеологических факторов. Если, например, энергетические прогнозы основываются на структурных изменениях населения и ВВП (и даже они, как признают эксперты, воспринимаются как "общий ориентир")[5], то стратегический национальный прогноз зависит прежде всего от политико-идеологических целей, сформулированных правящей элитой, и ее способности эффективно реализовать стратегию их достижения;

- стратегический прогноз носит вероятностный характер и зависит во многом от воли и ресурсов, которые готовы потратить элита на реализацию поставленных целей;

- стратегический прогноз охватывает всю совокупность элементов политико-идеологической системы, а не только вероятные стратегические цели. В нем должна быть заложена оценка эволюции национальных интересов и ценностей, международных реалий и, конечно же, развития ресурсной базы. Адекватный идеологический прогноз направлен не только на использование существующих, но и на поиск новых ресурсов, возможностей, а также представляет собой политическое и дипломатическое искусство поиска новых внутриполитических и внешнеполитических возможностей для развития государства.

При этом важнейшее значение имеет политико-идеологический выбор элиты. Так, в сентябре 2011 года В. Путин сделал вполне определенный выбор в пользу обороны и правопорядка, но в ущерб человеческому капиталу, перераспределив будущие расходы на годы вперед[6].



Сделав выбор, элита вполне может просчитать последствия такого выбора, т.е. составить политико-идеологический и социально-экономический прогноз последствий своих действий. Такое утверждение имеет принципиальное значение, ибо стратегический прогноз, являющийся основой стратегии, может и должен быть не экстраполяцией существующих тенденций, а нести в себе волевой заряд, образ желаемого будущего, вполне осознанную цель развития. Так, например, в марте 2012 года ведущие экономисты и российские чиновники пришли к выводу, что в ближайшее десятилетие, т.е. как минимум, до 2023 года, "темпы роста зарплат и пенсий уменьшатся в 3-5 раз"[7]. Означает ли этот вывод высокопоставленных чиновников прогноз? На мой взгляд, - да. Более того, этот вывод говорит о реальных планах правительства по росту доходов большинства населения, даже если эти планы и не оформлены в каком-то нормативном документе. Соответственно и "образ желаемого будущего", планируемый на долгосрочную перспективу, является простой экстраполяцией макроэкономических тенденций, сформировавшихся в кризисный период 2008-2011 годов.

Иными словами, реальные доходы граждан России, которые в несколько раз меньше, чем в развитых странах, планируется увеличивать заведомо медленными темпами. Что означает медленный рост НЧП, где, напомню, показатель душевого дохода является одним из определяющих.

Таким образом стратегический прогноз, целеполагание и стратегическое планирование исходит не из приоритета главной цели - увеличения доходов и НЧП в целом, - а из экстраполяции ситуации, сложившейся после кризиса. Вместо того, чтобы сформулировать ясную политическую цель - в данном случае рост доходов и НЧП - правящая финансовая элита по сути идет в фарватере стагнации. Этого не происходит по следующим основным причинам:

- неспособности большинства элиты к действительно стратегическому прогнозу, т.е. представители элиты в своей массе не обладают таким качеством (которое, кстати, я отношу к обязательному требованию к представителю элиты), не способны просчитать последствия принимаемых решений с высокой степенью вероятности и сформулировать крупную политико-идеологическую задачу;

- обстоятельствам, когда приходится принимать вынужденное решение в условиях цейтнота времени, и для осмысления ситуации просто не хватает возможностей (такая ситуация наблюдается почти всегда в последние два десятилетия в России). "Ручное управление", к сожалению, стало привычным. Переход от него к идеологическому управлению еще не стал потребностью, хотя в 2008-2011 годы и появились первые высказывания о необходимости этого;

- нравственным недостаткам, когда представители элиты сознательно принимают ошибочное для страны, но выгодное для себя решение. Ситуация - нередкая не только в России. Это и есть, на самом деле, коррупция, ставшая системой управления обществом и экономикой;

- "недостаток ресурсов", когда есть представление о негативных последствиях, но считается, что имеющихся ресурсов явно недостаточно. Это происходит, в том числе и потому, что многие ресурсы недооцениваются (как, например, НЧК) или просто не учитываются (идеологический, моральный ресурс).

Подчеркну, еще раз, что для представителей правящей элиты, ответственных за принятие решений, необходим именно политико-идеологический (комплексный) прогноз последствий своего идеологического выбора, а не социально-экономический, макроэкономический, либо какой-либо иной частный прогноз, основанный на экстраполяции макроэкономических тенденций.

Субъективный фактор - воля политической элиты - имеет колоссальное значение: либо правящая элита ставит глобальные, долгосрочные цели, либо она следует в фарватере событий, превращается из ведущего в ведомого, из лидера в исполнителя.

Возвращаясь к рисунку, описывающему политико-идеологическую систему, я выделяю сферу идеологического (стратегического) прогноза, которая охватывает, прежде всего, желательное состояние объекта и сформулированных политических целей, а также реакцию внешнего фактора и вероятные затраты ресурсов. Цель, таким образом, - политико-идеологическая, которая, как справедливо считает М. Хрусталёв "является самоценностью"[8].



Понятно, что такой подход отличается от превалирующего в современной России подхода к стратегическому прогнозу как макроэкономической экстраполяции. В моем случае элита ставит задачи и формулирует будущий образ, определяет его параметры и возможные внешние влияния, а также анализирует необходимые для этого все национальные ресурсы. В существующей практике, наоборот, стратегический прогноз и будущий образ экстраполируются из существующих тенденций, хотя, как показывает опыт, невозможно рассчитать не только вероятность кризиса, но и оживления, а тем более технологические прорывы и другие атрибуты "фазового" (качественного) изменения экономики и общества.

На мой взгляд, изначально необходимо исходить из того, что нужно нации и государству на стратегическую перспективу. Алгоритм такого прогноза может выглядеть следующим образом.



Как видно из этого рисунка, стратегический прогноз предполагает:

1. Оценку национальных интересов и базовых ценностей в будущем.

2. Оценку международных реалий, прежде всего, соотношения сил в мире и основных тенденций[9].

3. Оценку будущих ресурсов и возможностей нации (ВВП, НЧК, материальных, природных ресурсов, нравственного состояния общества и т.д.

Понятно, что если вы идеологически выбираете, например, вариант "а" - максимально отражающий доминирующие тенденции глобализации и в минимальной степени требующий национальных ресурсов, - то вы должны прогнозировать, что в стратегической перспективе страна станет частью глобальной системы. Со всеми вытекающими из этого последствиями для национальной системы ценностей, национальных интересов и суверенитета. Вполне может оказаться, например, что нация как таковая перестанет существовать, оказавшись "размытой" в число других субъектов международных отношений, а ресурсы станут достоянием этих субъектов.

Если же вы делаете выбор в пользу варианта "г", то неизбежно длительная, некомфортная борьба за национальную идентичность, сопровождаемая значительными требованиями ресурсов. Как следует из выступления В.В. Путина на Госсовете в феврале 2008 года, посвященного долгосрочной стратегии социально-экономического развития, правящая российская элита выбрала промежуточный (варианты "х" и "в") вариант - сохранения национальной идентичности в условиях глобализации и необходимости модернизации российской экономике. Вариант, в котором значительное внимание уделяется опережающему развитию человеческого капитала: "Развитие человека - это и основная цель, и необходимое условие прогресса современного общества. Это и сегодня, и в долгосрочной перспективе - наш абсолютный национальный приоритет (подч. - А.П.)"[10].

Примечательно, что в том же выступлении В. Путин дал блестящий пример разницы между идеологическим прогнозом и экстраполяцией. Применительно к развитию демографической ситуации в стране он сказал: "Считаю, что в ближайшие 3-4 года мы уже в состоянии добиться стабилизации населения (он оказался прав: по итогам 2010 года ожидается именно такой результат - А.П.), прогнозировали, что такое будет возможно только через 10-12 лет"[11].

Можно признать, что в этом выступлении и принятой чуть позже Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации в целом вполне адекватно формулировалась стратегия развития страны до 2020, основанная на соответствующем стратегическом прогнозе. В частности, отдельные главы (2-ая и 3-я) были посвящены инновационному развитию и развитию человеческого капитала. Трудно возразить, например, против таких абзацев Концепции: "Современное общество, характеризующееся ростом значимости культурного и творческого развития человека, ставит новые задачи в области развития культуры и массовых коммуникаций. В контексте современных тенденций должен радикально измениться взгляд на культуру как на стратегический ресурс новой экономики, обеспечения инновационного развития страны.

Ориентация на творческое развитие свободного человека, формирование и удовлетворение спроса в культурном разнообразии обуславливают переход к новой модели сферы культуры, реализации ее потенциала как лидера креативной экономики. Отвечая на новые вызовы, культура должна сохранить фундамент подлинности, установить баланс традиций и современности, обеспечить национальную идентичность.

Цель государственной политики в сфере культуры, искусства и массовых коммуникаций - формирование и реализация национальной идентичности, развитие культурного потенциала регионов России, обеспечивающего повышение конкурентоспособности, развитие творчества, инноваций и социального благополучия в обществе, формирование ориентации личности и социальных групп на ценности, обеспечивающие успешную модернизацию российского общества"[12].

Не трудно сопоставить последствия подобного идеологического выбора между неолиберализмом и консерватизмом. Важно, чтобы элита, общественное мнение и нация точно знали вероятный результат, последствия принимаемых решений. Сегодня для этого есть все необходимые инструменты. Например, метод ситанализа[13], математические, социологические и другие модели, которые в совокупности способны представить вполне адекватный прогноз на 10-15 лет. Так, говоря о приоритете модернизации, можно уже сейчас сказать, что если это высший приоритет, самостоятельная ценность, то можно идти двумя путями, заранее прогнозируя их последствия.

Первый - неолиберальный - технологические заимствования, которые неизбежно будут сопровождаться переносом чужой системы ценностей и чуждых национальных интересов. При этом результат в долгосрочной перспективе - весьма сомнителен: заимствования никогда не сделают страну лидером. Они, конечно, помогут войти в "пятерку мировых лидеров", но вот цена такого вхождения будет измеряться идентичностью и суверенитетом.

Второй - неоконсервативный (вариант "г") - потребует мобилизации нации и ее ресурсов, но без гарантированного результата. Пример, тому СССР, который смог добиться лидерства на некоторых направлениях, но в целом доказал несостоятельность политики неоизоляционизма.

Идеальный вариант - вариант "х" - требует творческого сочетания, синтеза национальных интересов и ценностей, учета ресурсных возможностей и преимуществ глобализации. Похоже, что в 2008 году выбранный стратегический прогноз и стратегия были вполне адекватны. Последующий кризис 2008-2010 годов во многом остановил реализацию этой стратегии. Мне представляется, что были две основные причины, которые на самом деле лишь косвенно были связаны с мировым кризисом.

Первая. В целом адекватный прогноз и Концепция были экстраполяцией существовавших тенденций. Стратегический прогноз не мог предсказать случившегося через несколько месяцев мирового кризиса, но стратегия должна была остаться даже в условиях кризиса. Более того, именно в условиях кризиса и других тактических событий больше всего нужна стратегия, когда частности, пусть даже важные, не заслоняют главной цели. Антикризисные меры Правительства, на мой взгляд, были в целом не только запоздалые, но и "выказали" из общего стратегического курса на развитие человеческого потенциала и инновации. Лишь к лету 2010 года, после некоторой стабилизации, Д. Медведев вновь вернулся к провозглашенной в 2008 году стратегии (хотя формально в 2008-2010 годы ее никто и не отменял).

В таких же кризисных условиях США и другие развитие страны продолжали свои стратегии модернизации, опиравшиеся на развитие человеческого потенциала. Это выражалось прежде всего в росте инвестиций в образование и наукоемкие технологии. Так, в "Стратегии национальной безопасности" США, озвученной Б. Обамой в мае 2010 года, эти приоритеты особенно выделялись[14].

Вторая, главная причина, - идеологическая - заключалась в том, что в прогнозе и стратегии развития не было ясно сказано о том, какие силы должны были реализовывать этот прогноз и стратегию. К этому вопросу общество вернулось лишь осенью 2010 года, когда мнения резко разошлись: В. Сурков, например, считал, что такой силы просто нет, кто-то, что это должно быть государство, а кто-то - интеллигенция.

На мой взгляд, это главная причина нереализованной стратегии: элите не удалось мобилизоваться и привлечь креативные слои общества.

В своем развитии за последние 20 лет искусство стратегического прогноза в России прошло несколько этапов. Первый - неолиберальный - отрицающий даже саму постановку этой проблемы. Он полностью игнорировал не только позитивный советский опыт стратегических прогнозов, но и опыт крупных западных корпораций и государств.

Так, советский опыт выражался в следующем. На первом этапе формулировалась идеологическая задача на 4-7 лет. Как правило, на очередном съезде КПСС, который готовился достаточно обстоятельно не только в недрах партийного аппарата, но и исследовательских институтах и министерствах. Это и был идеологический выбор, основанный на идеологическом прогнозе.

Следующий этап: на высшем уровне (в то время съезд партии) принимались основные направления развития страны, в разработке которых и последующей реализации принимали участие тысячи организаций. Наконец, этот идеологический документ оформлялся специальным Законом и другими нормативными документами, неисполнение которых приравнивалось к административным и даже уголовным преступлениям. Таким образом формировался механизм реализации прогноза, включающий: во-первых, политическую постановку задачи, во-вторых, идеологическую мобилизацию, в-третьих, стратегическое планирование, в-четвертых, нормативно-административный контроль. Другими словами стратегический прогноз не только на первом этапе (формулирования цели), но и на стадиях его реализации имел мобилизацонно-идеологический характер.



В современной России отказались от всей этой схемы, не предложив ничего взамен. На практике сегодня действует (точнее - бездействует А.П.) следующий механизм.



Послания Президента России, Концепции развития и другие документы не формулируют идеологического выбора, не претендуют на идеологический прогноз (в лучшем случае прогноз социально-экономического развития, подготовленный соответствующим доказательством МЭРа), они не имеют обязательной силы (даже закон о бюджете, строго говоря, не является обязательным, а о поручениях, выполняемых на 20% - говорить вообще не приходится) и, естественно, как правило не выполняются.

Но, главное, стратегический прогноз, не подкрепленный стратегическим планированием и реальным механизмом реализации, так и не становится стратегией: принимаемые решения нередко прямо противоречат избранной стратегии, а чаще - просто игнорируют избранную стратегию развития.

Опыт зарубежных стран, прежде всего США, Израиля, но в большей степени Китая (а также советский опыт) показывает, что для реализации стратегического прогноза, даже изначальной его подготовки, нужна политическая воля и идеология, в соответствии с которыми создаются необходимые институты реализации поставленных целей. И в США, и в Израиле, о в СССР, а тем более в Китае, реализация стратегии становилась общенациональной задачей. Элита (через отдельные социальные слои или партию) мобилизовывала нацию. Как признает известный китаевед из МГИМО(У) В. Корсунов, "Стилистика идеологических лозунгов Ху Цзиньтао и его призывы к "дальнейшему усилению и улучшению идейно-нравственного строительства", предусматривающие, в том числе, контроль за Интернетом и за изложением древней и современной истории Китая, стали сегодня основой официального "коммунистического" дискурса, ставящего идеологические построения неолибералов и неоконсерваторов на положение маргиналов. Стремление партийных идеологов обновлять официальную теорию в соответствии с запросами времени и сделать идеологию монопольно правящей партии общенародной, пополняя пропагандистский арсенал за счет традиционной системы ценностей конфуцианства, оказавшегося на поверку более емкой парадигмой, чем все учения пришедшие в Китай извне, несомненно укрепляет легитимность власти КПК. Поиски китайской идентичности и наиболее адекватных форм правления и администрирования, свободных от политики как продукта цивилизации Запада, представляются наиболее продуктивными на фоне кризиса европоцентристской идеи однолинейного прогресса"[15].

Именно этого пока не произошло в России, где реализовывать стратегический прогноз некому: мотивация элиты отсутствует, идеологической мобилизации нет. Единственной силой, которая могла бы сдвинуть дело с мертвой точки, могла бы быть идеологическая партия, которой также нет. Либо, как уже бывало в российской истории, союз чиновников и креативной части общества.

Следует сразу же оговориться, что существует принципиальная разница между различными представлениями о стратегическом прогнозе в российской элите. Сегодня, как правило, под этим термином понимается долгосрочный социально-экономический прогноз или какой-то другой (климатический, отраслевой, региональный), прогноз, который зачастую выступает простой экстраполяцией как правило, макроэкономической, существующих тенденций на 10-15 лет[16]. Он не несет в себе ни идеологической, ни политической нагрузки. Более того, любыми способами ее исключает.

В действительности, стратегический прогноз - это прежде всего продукт идеологии, т.е. в достаточной степени согласованное представление правящей элиты в данное время и в данном месте о будущем страны и мира, о том каким образом использовать ресурсы. Это представление должно основываться на объективных и реальных национальных интересах, видении мира, адекватной оценке ресурсов и являться важнейшим условием точного целеполагания и стратегического планирования. Так, в своё время, при разработке стратегических прогнозов регионального развития в СССР исходили из идеологического принципа наличия в стране единого народнохозяйственного комплекса. Этот принцип рассматривался в качестве "главнейшего резерва национальной экономики"[17]. С развалом СССР исчез, естественно, не только принцип единого комплекса, но и сам комплекс. Более того, по сути дела был поставлен под сомнение и принцип единого народнохозяйственного комплекса в России, что также может иметь далеко идущие экономические и политические последствия - регионализацию и "самостийность" субъектов РФ, с угрозой которой кроме столкнулся В. Путин в 1999-2000 годах.

И реформа РАО ЕЭС, РЖД, Минатоммаша и других структур единого народнохозяйственного комплекса, как и проведенная до этого приватизация, основывались отнюдь не на принципе сохранения единого комплекса. Более того, А. Чубайс прямо говорил о том, что приватизация преследовала прежде всего идеологические, а отнюдь не экономические цели. "Вместо стабилизации экономики реформаторы центр своих усилий придвинули на приватизацию государственной и муниципальной собственности ... экономическая составляющая этого феномена была отодвинута на второй план, так как сами приватизационные мероприятия были подчинены в первую очередь нуждам закрепления у власти так называемых "демократических" сил во главе с Б. Ельциным"[18], т.е. идеологическим идеям.

Таким образом выбор элитой страны идеологических целей развития изначально во многом предопределяет и выбор вариантов стратегических прогнозов, которые ложатся в основу стратегий. Если, например, элита сформулировала в качестве приоритетной цели развития военно-промышленного комплекса (как это было во времена СССР или в современном Израиле), то, соответственно, огромные ресурсы страны направлялись прежде всего для достижения именно этой цели.


_______________

[1] Стратегический прогноз - зд. система аргументированных представлений об основных направлениях развития и будущем состоянии объекта и его окружения на долгосрочную перспективу (15 и более лет).

[2] Торкунов А. Дефицит демократии и международное сотрудничество // Международные процессы. 2009. Сентябрь-декабрь. N 3(21).

[3] Соболева Е. Макроэкономические сценарии и прогнозы. 2007. 3 августа / http://www.finam.ru.

[4] Тельманов Д. Юрию Балуевскому подарили пенсию // Известия. 2012. 11 января. С. 4.

[5] Мельникова С. Ищи, кому выгодно // Независимая газета. НГ-энергия. 2012. 13 марта. С. 12.

[6] Телегина Н. Предвыборные "слоны" // РБК. Итоговый выпуск за 2011 год. С. 51.

[7] Сергеев М. О тучных годах придется забыть // Независимая газета. 2012. 12 марта. С. 1.

[8] Хрусталёв М.А. Анализ международных ситуаций и политическая экспертиза: очерки теории и методологии. М.: НОФМО, 2008. С. 35.

[9] Такая оценка может включать и использование методов моделирования. См. подробнее: Хрусталев М.А. Методология прикладного политического анализа: учебное пособие. М.: Проспект, 2010. С. 16-18.

[10] Путин В. Выступление на расширенном заседании Государственного совета "О стратегии развития России до 2020 года". 2008. 8 февраля / http://www.kremlin.ru

[11] Путин В. Выступление на расширенном заседании Государственного совета "О стратегии развития России до 2020 года". 2008. 8 февраля / http://www.kremlin.ru

[12] Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации. М.Ж МЭР, март 2008. С. 49.

[13] Ситанализ - зд. метод прогнозирования отдельных политических ситуаций. См. подробнее: Примаков Е.М. Ситуационный анализ как аналитический жанр. В кн.: Примаков Е.М., Хрусталёв М.А. Ситуационные анализы. Методика проведения. Очерки текущей политики. М.: МГИМО(У), 2006. С. 6.

[14] National Security Strategy, Wash. May 2010.

[15] Корсун В.А. Идеологический облик КНР на современном этапе модернизации. 2010. 24 сентября / http://www.mgimo.ru

[16] См. например: Стратегический прогноз (http://strateqiplan.ru), где, в частности, говориться: Под стратегическим прогнозом понимается эмпирическое или научно обоснованное суждение, гипотеза о возможных состояниях объекта прогнозирования в будущем, характеризующих это состояние показателях об альтернативных путях развития и сроках его существования. Таким образом, национальный прогноз отражает комплекс аргументированных предположений, выраженных в качественной и количественной формах, о будущих параметрах развития национальной экономики.
Стратегическое прогнозирование выступает в качестве важнейшего связующего звена между теорией и практикой регулирования всех областей жизни общества. Оно выполняет две функции. Первая из них - предсказательная или описательная. Вторая, непосредственно связанная с первой, - предписательная, или предуказательная, способствующая оформлению прогноза в план деятельности.
Предсказательная функция состоит в описании возможных или желательных перспектив, состояний прогнозирования в будущем.
     Предписательная, или предуказательная, функция стратегического прогнозирования состоит в подготовке проектов решения различных проблем планирования, использовании информации о будущем в целенаправленной деятельности различных субъектов управления.
     Классификация прогнозов может строиться в зависимости от различных критериев и признаков, целей, задач, объектов прогнозирования и методов его организации. К числу наиболее важных из них относятся: масштаб прогнозирования, время и характер решаемых проблем, характер объекта, функция прогноза.
     По масштабу прогнозирования выделяют:
     а) макроэкономические (развитие национальной экономики в целом) и структурные (межотраслевые и межрегиональные) прогнозы;
     б) прогнозы развития отдельных комплексов национальной экономики (топливно-энергетического, агропромышленного, инвестиционного, производственной и социальной инфраструктуры, финансово-кредитного и т.д.);
     в) прогнозы отраслевые и региональные;
     г) прогнозы деятельности хозяйствующих субъектов и их ассоциаций, а также отдельных производств и продуктов.
     По времени и характеру решаемых проблем прогнозы подразделяются на: а) стратегические и тактические; б) оперативные; в) краткосрочные; г) среднесрочные; д) долгосрочные. Стратегические прогнозы имеют своей целью предвидение важнейших характеристик (параметров) формирования управляемых объектов в среднесрочной и далее перспективах. Оперативные предназначены для выявления возможностей по решению конкретных проблем стратегических прогнозов в текущей деятельности и краткосрочных перспективах. Оперативный прогноз имеет период упреждения до одного месяца; краткосрочный - от 1 месяца до 1 года; среднесрочный - от года до пяти лет; долгосрочный - от 5 до 15-20 лет и свыше.

[17] См., подробнее: Исаев Э., Ярлыкапов А. Факторы долгосрочной, модернизации финансов регионов // Вестник аналитика. 2010. N 1 (39). С. 90-91.

[18] Мунтян М.А., Подберезкин А.И., Стреляев С.П. Приватизация и приватизаторы (Теория и практика российской приватизации). М.: Воскресенье, 2005. С. 113.


Алексей Подберезкин - профессор МГИМО

06.06.2012

www.nasled.ru

Фотографии

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован