Эксклюзив
02 декабря 2008
9988

Алексей Подберезкин: Мировой кризис и средний класс

`Основная задача в условиях кризиса -
сохранение среднего класса`

В.Сурков

Если соглашаться с утверждением о том, что величина среднего класса - основной индикатор успешности продвижения к процветающему обществу и экономике, то логичен и следующий вывод, имеющий стратегическое значение для России в условиях кризиса: главная цель в деятельности правительства, государства и общества в условиях кризиса это сохранение среднего класса. Подчеркну - не темпы роста ВВП, не `подушки безопасности` и прочие макроэкономические критерии, а именно сохранение (пусть того небольшого, что создано в последние годы) той доли среднего класса, которая появилась в России к 2008 году. Тем более, что внятных целей в борьбе с кризисом до сих пор предложено так и не было. 

Действительно, о кризисе говорят все. И оказывается, что `много говорить о кризисе не бывает`. Аспектов у кризиса много. Экспертных мнений тоже. Иногда кажется, что ситуация архиабсурдна: много умных экспертов, с одной стороны, и беспомощность в прогнозе, оценке и - главное - принятия решений, с другой. Ясно, что сегодня любые прогнозы о длительности и глубине кризиса могут делать только авантюристы, хотя бы потому, что механизмы этого кризиса неизвестны. Во всяком случае, уже сегодня более 10 стран `в минусе`, т.е. с отрицательным ростом ВВП. Видимо, что кризис необычен, `не как другие`. На Западе готовились к нему как те самые генералы, которые готовились к последней войне. 

Теперь о том, что делать, когда не понимаешь ни сути кризиса, ни механизмов влияния на него. 

Ясно, что финансовая система нуждается в радикальном реформировании. Также ясно, что потребуется новый уровень сотрудничества. Ясно и то, что общество и финансовые власти ведут себя в этих условиях нередко иррационально. И причины нередко отнюдь не финансовые и экономические, а далёкие, иногда даже очень, от них, например, психологические, нравственные. В этих условиях представляет рациональным сформулировать волевым (политическим) порядком ясную главную задачу. В данном случае речь идет о задаче социально-политической по своему характеру и тактической по времени: сделать все возможное для сохранения нынешней, пусть несовершенной социальной структуры общества, где ясно обозначилась социальная группа, называемая средним классом. 

Подчеркну, что от этого - удастся или нет - зависит наше послекризисное будущее. С чего-то всеравно придется начинать. И в экономике, и в общественном развитии. И начинать развивать экономику знаний можно будет только в том случае, если останутся те немногие, которые будут в состоянии это делать. Если мы не повторим ошибок 90-ых годов, когда инженеры, ученые, врачи и учителя пойдут торговать на рынки или сядут `бомбить` за руль оставшихся у них автомобилей. 

Другой аспект этой проблемы. Мы с огромным трудом добились внутриполитической стабильности в этом десятилетии. Во многом благодаря тому, что в обществе сложился консенсус, основанием которого стал средний класс и его ценности. Разрушение этого основания, маргинализация его флангов неизбежно приведут к политической дестабилизации, а, может быть, и возврату к хаосу 90-х годов. 

Мы еще не укрепились, не только политически, но и идеологически, нравственно, духовно. Этот мир стабилизации - крайне хрупок. Не случайно, что первые кризисные явления показали, что кризис есть не только в финансовой области и экономике, но и в душах людей. 

Отдельно - о таких ставших массовыми сюрпризах как отказ от обязательств, их произвольная трактовка, обман, антисоциальное поведение, откровенное пренебрежение к своей стране, предательство общества и даже собственных сотрудников. Очевидно, что в условиях кризиса личные интересы `вдруг` стали преобладающими. Этим в много объясняется острейший интерес к прогнозам о кризисе, его последствий и (что неожиданно!) как использовать кризис с выгодой для себя, как оказаться после кризиса, `на коне`, впереди конкурентов? Во многом в ущерб другим. При слабости закона и системы - в ущерб обществу и государству. 

Парадокс в том, что официально кризис `не объявлен`. Пока что у нас лишь штормовое предупреждение, хотя для большинства населения (более 60% опрошенных) кризис стал, уже ощутим сокращениями - наступившими и ожидаемыми. Получается, что оценка социального благополучия зависит от политической оценки финансового кризиса. 

Другой парадокс - поведение финансовых властей России, которые вплоть до августа 2008 года боролись с инфляцией, добившись даже сокращения денежной массы по сравнению с 2007 годом, т.е. создали в России максимально благоприятные условия для распространения кризиса по стране. Сегодня, т.е. те финансовые власти должны отвечать за социальные и политические последствия. А способны ли они к этому? 

Не стоит рассчитывать на внешнюю помощью (Хотя в целом внешняя политика призвана способствовать преодолению кризиса). В США - не намного лучше. Планы принимаются, от них отказываются, а все международное сотрудничество свелось в конечном случае к весьма сомнительным обязательствам не заниматься протекционизмом (хотя в 55 решениях Правительства России добрая половина протекционистские). Хуже - на Западе сегодня считают, что есть две основные пакости - кризис и Россия, политика России. Поэтому ждать хорошего от них не приходится. 

В регионах России тоже все неоднозначно. Точнее - в каждом из регионов кризис проявляется по-разному. Все будет зависеть от долгов и обязательств регионов и помощи федерального центра. Система кредитования, которая была и без того плохая, неэффективна, фактически разрушается. Уже не только инвестиционные и долгосрочные кредиты стали экзотикой, но и обычные, под `оборотку` стали большой проблемой. Как следствие - стагнация, даже обрушение целых отраслей. И это при том, что реальной статистики еще нет. Ни на Западе, ни в России, т.е. мы еще не знаем, что уже потеряли. Хотя есть и очевидные вещи, например, что в условиях кризиса больше всего проигрывают успешные. Те же, кто имел худшие показания, пострадают меньше других. В самых крупных городах России, где сосредоточено 80-85% финансов, строительных мощностей и т.п. ожидается сокращение `офисного планктона` до 80%! Кстати, может и хорошо, ведь не зря же говорят, что более 50% занятых в экономике страны граждан вообще не производят добавочной стоимость, а производительность труда в России составляет 10-25% от США. 

Напрашивается вывод: чем богаче, чем информированнее, чем влиятельнее структура, тем меньше она понимает суть кризиса. Отсюда - парадоксальный вывод - министр финансов понимает кризис хуже, чем мэр небольшого города, а меры по его нейтрализации уж точно представляет хуже. Вообще-то элита должна, наконец, признать, что мы почти ничего не знаем о кризисе и его последствиях. Нет ни мониторинга, ни анализа, ни, тем более, разумных предложений. Отсюда и неэффективность антикризисных мер, отсутствие эффективных инструментов. Отсюда и неизбежный вывод: полномочия для борьбы с кризисом нужно отдать местному самоуправлению. Это будет не только экономически эффективнее, но и полезнее для общества. 

Другой вывод: кризис имеет системный характер, т.е. его последствия будут сказываться во многих (почти во всех) областях. И неизвестно, какие из этих последствий окажутся самыми негативными. Можно допустить вероятность нарушения взаимоотношений между федеральным центром - регионами, социально-протестных действий (особенно в моногородах), уже говорят о последствиях для здоровья - стрессы, психозы, суициды и т.д. На эти социальные последствия следует обратить особое внимание. 

Похоже, что может повториться ситуация 1998 года, когда действия власти носили хаотичный характер: и политические, и экономические, и финансовые, и социальные. В самом деле, не понимая сути кризиса, не прогнозируя его хода и последствий, не имея эффективной стратегии и механизмов трудно ожидать, что власть будет действовать эффективно, т.е. оперативно и системно. Соответственно - простор для демагогов и авантюристов. Лучшее средство их лечения - стабильность среднего класса. 

И, наконец, последнее. Понятно, что информационная политика России играет в условиях системного кризиса особое значение. Во многом кризис, как я уже писал, это кризис психологический, а не финансовый. Понятно, что не имея антикризисной стратегии нет и стратегии информационной, коммуникационной, системы работы с населением. А она чрезвычайно важна. Может быть даже важнее, чем антикризисные меры в области финансов. Уж очень нужно, чтобы А.Кудрин объяснил почему в условиях спада не понижается (как в других странах) ставка рефинансирования, почему выделяются коммерческим банкам шальные деньги, позволяя их вывозить за рубеж, почему фактически прекратилось кредитование реального сектора экономики и как возвращать взятые под 10% кредиты, сегодня под 30%? Если ответить на эти вопросы трудно, то почему бы не ответить на самый простой вопрос: раз уж мы не можем бороться с дураками, то почему мы до сих пор не стали строить хотя бы дороги? 

Впрочем, и здесь нужно знать куда (зачем) ведет эта дорога, т.е. ясно определить себе цели в условиях кризиса. Если, в конечном счете, к изменению структуры экономики, то ответ понятен: знания превращаются в деньги, рост производительности труда. Если дорога ведет к примитивной прибыли, то и беспокоиться не надо: кризис пройдет, финансовые спекулянты вернутся на фондовые рынки, в банки и корпорации. Кто не уцелеет - тоже не беда. Как говорится, потеряют `не последнее`. 

Нам же нужно ясно понимать, что делать в условиях кризиса, какую цель мы преследуем? 

Если согласиться с В,Сурковым в том, что главная задача - сохранение среднего класса, то следует, на мой взгляд, пойти дальше, а именно: в условиях кризиса необходимо и возможно быстрее изменить структуру общества в пользу среднего класса и креативных групп. И не только структур общества, но и экономику. Для этого необходимо, во-первых, сформулировать эти задачи в качестве внятных политических целей, а, во-вторых, скорректировать имеющиеся планы и бюджеты в эту сторону. 

Мы должны ясно понимать, что если мы не поддержим средний класс и креативные слои общества, то: 

- во-первых, мы лишимся внутриполитической стабильности, ибо процесс маргинализации обнищания, безусловно, приведет к дестабилизации; 

- во-вторых, мы лишимся будущего приоритета в мировой науке, образовании, культуре и искусстве; 

-в-третьих, это нанесет удар по нашим традиционным ценностям, ослабит нарождающийся процесс самоидентификации, что, естественно, ослабит позиции России на глобальных рынка. 

Вот почему крайне своевременным, я бы сказал принципиально важным, стало выступление В.Суркова 28 ноября 2008 года. Позволю себе привести пространную цитату из этого выступления: 

`Главным достижением первых лет XXI стало появление и становление в России массового, достаточно обширного среднего класса. И не просто появление и становление, но и выход на историческую сцену. Средний класс фактически обрел социальную гегемонию и политическую власть. Если 80-е были временем интеллигенции, 90-е десятилетием олигархов, то нулевые можно считать эпохой среднего класса. 

Собственники обычного жилья, скромных автомобилей, небольших компаний. Врачи, преподаватели и офицеры. Квалифицированные рабочие. Сельские специалисты. Государственные служащие. Офисные работники. Их настроения, пристрастия, тревоги и надежды определили лицо эпохи. Их интересы стали целью политики последних лет. Их трудом, их знаниями и энергией обеспечены экономический рост, общественная стабильность, военные победы. Их деятельный патриотизм, политические, эстетические и ценностные предпочтение именно этих людей формируют современную культуру России, наш образ жизни, нашу демократию. Они соль земли. Золотая середина, сердцевина общества. Им Россия обязана своими успехами. 

Поэтому основной задачей государства в период спада должно стать сохранение среднего класса. Защита среднего класса от идущей с Запада волны `оскудения` и растерянности. Замедление экономики требует от государства решительных шагов навстречу середняку. Спасти гегемона. Помочь среднему классу пережить следующий год без серьезного ущерба. Поддержать уровень занятости и потребления. 

Безусловно, бомжи и миллиардеры, и представители других маргинальных групп и меньшинств - тоже наши граждане. Государство, конечно, помнит о них. Но первейшая забота сегодня - средний класс. Потому что российское государство - это его государство. И российская демократия - его. И будущее у них общее. 

Бедолагам, назанимавшим миллиарды долларов на покупку дутых активов, экстренная помощь уже оказана. Тем, кто занимал тысячи рублей на холодильник, квартиру, образование, на потребление, короче говоря, на жизнь - пока нет. Рабочим, офис-менеджерам, малому бизнесу, всем этим, по-обамовски выражаясь, молчаливым героям пока не помог никто. Им - пока - только взвинтили неподъемную ставку по ипотеке. Перевели на неполную рабочую неделю. И, кажется, собираются уволить. Или уже уволили. 

Нужно позаботиться о них. Россия - их страна. Медведев и Путин - их лидеры. И они их в обиду не дадут`. 

 

Алексей Подберезкин - академик РАЕН, доктор исторических наук, профессор 

www.viperson.ru 
 
02.12.2008
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован