Эксклюзив
Куприянов Алексей Анатольевич
27 апреля 2010
5834

Адвокат Алексей Куприянов: Начинаем допрашивать невменяемых или `Пусть дураки сидят, читают!`

Это касается многих. Если судебно-психиатрическая экспертиза признавала, что пациент нуждается в применении принудительных мер, то он до недавнего времени немедленно отстранялся от участия в уголовном процессе. Нормы главы 51 "Производство о применении принудительных мер медицинского характера" УПК РФ, как известно, не предполагают участия психически больных, в деяниях которых установлены признаки преступления. На место психиатрического больного для защиты его прав вставала фигура законного представителя. Законный представитель по понятным причинам не мог реально заменить гражданина, в том числе и потому, что не был способен давать показания по существу дела. Кроме того, участие представителя никак не гарантировало защиту интересов представляемого, хотя бы потому, что только в теории у законного представителя и представляемого не должно быть конфликта интересов, а на практике у многих представителей-родственников имеется собственный интерес отправить невменяемого в больницу подальше и на срок побольше. Проблема участия в уголовном процессе лиц, страдающих психическими расстройствами, рассматривалась Конституционным судом РФ (Постановление Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2007 г. N 13-П по жалобе С.Г. Абламского и других). Конституционный суд указал, что применимые нормы действующего УПК РФ противоречат международным договорам России, в частности Принципам защиты психически больных лиц 1991 года (утв. резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 46/119), и ряду актов Совета Европы, в которых государствам-членам предложено "установить, чтобы судебные решения не принимались только на основании медицинских заключений, а пациенту с психическим заболеванием, как и любому другому лицу, было обеспечено право быть выслушанным" и все другие допустимые по состоянию здоровья процессуальные права. Постановлением были признаны не соответствующими Конституции РФ (статьям 19, 45 (часть 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) положения статьи 402, части третьей статьи 433, статей 437 и 438, частей третьей и шестой статьи 439, части первой статьи 441, статьи 444 и части первой статьи 445 УПК РФ в той мере в какой они не позволяют лицам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, лично участвовать в уголовном процессе и самостоятельно реализовывать свои процессуальные права, а именно знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер и обжаловать принятые по делу процессуальные решения. Надо сказать, что правоприменительная практика по всей стране довольно быстро восприняла нововведение, но тут же возникла новая проблема. Кто должен определять имеет ли конкретное лицо практическую возможность участвовать в уголовном процессе? И каковы критерии оценки "пригодности"? При этом речь не идет о безопасности остальных участников, безопасность всегда можно обеспечить: клетка, судебные приставы, медицинский надзор и проч. Пока же имеет место региональный разнобой, но в целом следствие и суд либерально решают проблему. Как сказал знакомый следователь, он определяет возможность "на глаз": "Мне то что, пусть дураки (так называют больных в милиции повсеместно) сидят - читают!" Принятый в соответствии с Постановлением КС проект поправок в УПК РФ (в первом чтении) оставляет решение этого вопроса только на усмотрение судмедэкспертизы. Соответственно вопрос о возможности участия будет решаться врачами. Причем однократно на весь процесс. Проект предполагает, что лицу будет предоставлено право участия в уголовном процессе, "если согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы это возможно". Такое решение представляется принципиально ошибочным. Международные нормы и Конституция РФ предписывают ровно обратное. Право любому человеку предоставлено непосредственно Конституцией РФ. УПК РФ его может только ограничить. Единственно правильный вариант, полагаю, следующий: больной не участвует тогда и только тогда, когда по заключению психиатров это невозможно. Решение этого вопроса однократно в процессе судмедэкспертизы, полагаю, недостаточно защищает человека, страдающего психическим расстройством. Как известно у подавляющего большинства больных шизофренией и другими расстройствами, обычно и приводящими к совершению преступлений, сегодня может быть "темный" период - завтра "светлый", сегодня он не способен участвовать в судебном заседании и отдавать отчет в своих действиях - завтра вполне. Полагаю, невозможность (именно - невозможность!) участия пациента в процессе должно оперативно устанавливаться лечащим врачом для конкретного дня, как это устанавливается врачами других специальностей для участия в процессе психически здоровых лиц. С той только разницей, что процесс с участием психически больного не должен приостанавливаться до наступления "светлых" дней, а идти своим чередом. Полагаю, необходимо серьезно доработать законопроект ко второму чтению. viperson.ru

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован